Максуд Ибрагимбеков. Официальный вебсайт

ЗАВТРА БУДЕТ ПОЗДНО

депутат Национального собрания,

народный писатель Азербайджана

 

К сожалению, до сих пор не сформу­лирован вразумительный ответ на тревожащий всех воп­рос: в чем же причина националистического бума, сотрясающего всю страну и, без преувеличения, поста­вившего под угрозу перестройку и благополучие государ­ства? Волны неожиданного для всех ультранационализма, или (кому как нравится) агрессивного «патриотизма», уже унесли десятки жизней ни в чем не повинных людей. И не исключается, что сегодня, если только наша администрация не откажется и впредь от позиции сердоболь­ного зрителя древнеримского цирка, мы стоим лишь в начале длинной вереницы похорон.

В последнее время широкое хождение получило мне­ние, причем мнение, старательно внедряемое в сознание неустойчивых людей и усердно распространяемое, что чуть ли не главной причиной межнациональных столкно­вений в стране воинствующего атеизма является религи­озная нетерпимость. Но как же тогда с этой позиции можно объяснить события в Фергане, где ферганские уз­беки – потомки мусульман-суннитов устроили кровавую бойню для своих единоверцев, таких же суннитов – турок-месхетинцев? Как можно истолковать побоища в Новом Узене, в которых мусульмане – азербайджанцы, лезгины и черкесы плечом к плечу с товарищами по не­счастью – христианами – грузинами и армянами оборонялись от местных погромщиков? А зловеще крепчаю­щий с каждым днем антисемитизм?! Или же вспышки антирусских и даже антипольских настроений в районах страны, ни сейчас, ни раньше не подверженных влиянию буддизма, иудаизма или ислама?

В соответствии с другим суждением выход звериной ненависти – это следствие всеобщего безбожия и ниги­лизма, способствующих падению нравов и частичному одичанию.

Доводилось слышать и предположение, что межна­циональные столкновения искусно провоцируются мест­ными партийными руководителями-консерваторами, то есть врагами перестройки. Тоже интересная гипотеза. Но если вспомнить, сколько прежних руководителей удали­лось в политическое небытие в итоге событий в Казах­стане, Грузии, Армении и Азербайджане, то согласиться с ней означало бы заподозрить местных руководителей в полной утрате инстинкта самосохранения, что было бы, наверное, несправедливо.

Одной из самых остроумных догадок можно считать ту, из которой вытекает, что националистические рас­при – дело рук всемогущей мафии. Но есть ли необходи­мость мафии дестабилизировать обстановку, благодаря которой она не только сумела столь удачно вписаться в систему, но и добиться процветания? Сомнительно.

Перечисляются и другие причины: территориальные, несправедливость, допущенная в прошлом в отношении целых народов, низкая зарплата, нехватка товаров первой и всякой другой необходимости и т. д. То есть проблемы, взывающие к безотлагательному решению.

Сегодня процесс демократизации в нашей стране – явление вполне реальное. Граждане страны на практике имеют возможность отстаивать свою точку зрения по всем насущным вопросам, в том числе и национальным, как от своего, так и от имени уполномочивших их общественных и политических группировок и целых народов. Выдвигать и отстаивать свои требования по любым национальным вопросам на основании существующих законов, предлагая новые, ссылаясь на исторические прецеденты, исполь­зуя арсенал средств, именуемых в конституционном об­ществе парламентскими. Насколько это эффективно, покажет время. Но пока это единственный известный че­ловечеству способ уберечь общество от разложения в непредсказуемо уродливых формах.

В числе недозволенных приемов ультранационалисти­ческие организации подменяют волю народа желанием толпы. Причин же, а точнее, поводов для каждого из на­ционалистических мятежей может существовать несколь­ко сразу, а может и не быть вовсе. Потому что пробуж­дение и активизация агрессивного национализма, являющегося по своей сути самостоятельной разновид­ностью организованной преступности, происходят в нашей стране каждый раз в Периоды Ослабления Власти неза­висимо от причин. В эти периоды поводы для активизации агрессивный национализм отыскивает сам. Об этом сви­детельствует, в частности, и страница из новейшей исто­рии Кавказа, повествующая о кровопролитных сражени­ях между армянами и грузинами за право обладания грузинской областью Ахалцих сразу после революции, в 1918 году, эксцессы на Украине и в России...

В том, что Армения пожелала увеличить свою терри­торию за счет соседней республики, ничего нового нет. История человечества перенасыщена подобного рода эпи­зодами, исход которых, в зависимости от обстоятельств, решался военными или дипломатами, или совместными усилиями. То есть земли либо завоевывались, либо про­давались, либо в редчайших случаях дарились. В ходе нагорно-карабахской кампании мы столкнулись с прие­мами ранее неизвестными и весьма оригинальными.

В одно несчастное утро прошлого года жители горо­дов и сел Азербайджана узнали о себе, что они крово­жадные убийцы и насильники. Одновременно все радио­станции мира передали, что в Сумгаите, а вслед за ним везде: в Баку и других населенных пунктах убивают армян. Убивают десятками тысяч. С живописными под­робностями рассказывалось о том, как (цитирую дословно) «обезумевшие от запаха крови орды азербайджанцев убивают армян». Убивают малолетних детей, разбивая детские головы о стены, врываются в родильные дома и ножами вспарывают животы беременным женщинам. Од­новременно в Москве и других городах страны рассказывались леденящие кровь истории о том, как в Баку азербайджанцы выставляют на площади обезглавленные трупы армян. Наиболее употребительными словами в те дни стали геноцид и резня. О массовых убийствах в Азер­байджане узнала вся планета.

Возможно, наша страна несколько отстала в области производства компьютеров, но нельзя не признать наши достижения в области системы учета населения, паспор­тизации и прописки. Любому участковому доподлинно известно, сколько человек прибыло или убыло из дове­ренного ему участка. Одним словом, когда прошел первый шок (с участием следователей прокуратуры, МВД СССР и других ответственных представителей всесоюзной общественности), подсчитали число жертв «геноцида», и вы­яснилось, что объявленное на весь мир число жертв в Азербайджане, за вычетом пятнадцати погибших азербайджанцев, русских и лезгин, составляет двадцать во­семь армян – двадцать шесть человек в Сумгаите, двое в Гяндже. То есть масштабы происшедшей трагедии несоизмеримы с объявленным. Но игра была сделана, многие, впервые услышавшие в то время о Нагорном Карабахе,  естественно,   стали   задумываться,   можно ли оставлять этот цветущий край в составе республики, населенной кровожадными убийцами и насильниками.

Но кто, кроме кровожадных азербайджанцев, убивал армян в Сумгаите? Обвинения в убийствах официально предъявлены уголовникам – лезгинам, русским, армя­нам, один из которых – Григорян орудовал в тот страш­ный день под кличкой Паша.

Кровавые события в Сумгаите грянули как гром среди ясного неба. Но неожиданными они были не для всех. За день до начала событий в Сумгаит прибыли люди с кино- и видеокамерами. Съемочный день у них начался вовремя. В Сумгаите в тот страшный день снимали фильм! И сняли.

Некоторое время назад этот фильм был показан в Швеции. Умопомрачительный изобразительный ряд фильма дополняется звуковым, ужасающим воображение не менее сильно. Так, один из героев фильма описал с экрана обалдевшим шведам сцену убийства своего друга Миши и его жены, очевидцем которой он, разумеется, был. После того как Мише с женой отрубили головы, три­дцать азербайджанцев набросились на их юную дочь. По очереди изнасиловав ее, они разрубили ее на мелкие куски, развели в мангале огонь, приготовили и с аппети­том съели шашлык из человечины. «Вы не представляете, что нам приходится терпеть от этих зверей!», – сказал в заключение очевидец Габриэлян.

Фильм был показан во всех странах Европы и Амери­ки, где имеются армянские колонии, во всех, кроме Совет­ского Союза. Цель достигнута. Стоит ли удивляться, если после просмотра у зрителей, к тому же подготовлен­ных средствами массовой информации, возникает спра­ведливое желание изгнать людоедов не только из Нагор­ного Карабаха, но и вообще из Закавказья.

В оцепленном войсками Сумгаите я побывал в ночь после кровавых событий, разговаривал с местными жи­телями, представителями разных национальностей. Встре­чался с заместителем Генерального прокурора СССР, следователями, работниками других правоохранитель­ных органов. В те дни и позже мне не раз доводилось слышать утверждение, что события в Сумгаите – это умело запланированная акция. Пока у меня нет доводов это опровергнуть.

В декабре прошлого года за несколько дней до своего приезда в Баку академик Сахаров в интервью по радио сообщил всему миру, что в Азербайджане в очередной раз убивают армян: на этот раз в Гяндже: убито 193 человека, ранено 187. И в связи с убийствами в Гян­дже Сахаров потребовал сформировать вооруженные отряды самообороны из армянского населения... Нагорного Ка­рабаха. В числе приглашенных на встречу с ним был и я. Спрашиваю: Андрей Дмитриевич, Вам уже известны фак­ты, из которых явствует, что в Гяндже погибло восемь человек, известны и фамилии, и национальная принадлежность каждого из погибших, три солдата – русский, белорус, украинец, один азербайджанец, жен­щина-азербайджанка с ребенком и два армянина разве это мало, восемь человек? Откуда же вы взяли число 193? Сахаров на это ответил, что действительно ошибся, и сог­ласился, что с цифрами следует обращаться осторожно. Кто сообщил ему первоначальное число погибших, он не сказал. Не сказала этого и принимавшая самое активное участие во встрече его жена – Алиханян-Бонэр, дама строгая и, судя по некоторым деталям и реакции Сахаро­ва, решительная до чрезвычайности...

Недоразумение с цифрами разъяснилось в присут­ствии сорока-пятидесяти человек, а заявление о массо­вых убийствах в Гяндже было сделано на весь мир!

Единственной жертвой «геноцида» в Баку оказался азербайджанский милиционер. Вот уже несколько меся­цев город на особом положении. Очень грустно ощущать нынешние настроения бакинцев. Грустно и тревожно. Потому что многонациональный Баку всегда был одним из самых интернациональных городов в мире. Поверьте, это не кавказский тост! Будучи с дореволюционных вре­мен одним из мировых центров нефти, огромный про­мышленный город собрал под своей крышей представи­телей многих национальностей мира. Быть националистом или проявить религиозную нетерпимость во все времена в Баку было равносильно самоубийству. С незапамятных времен здесь мирно соседствуют церковь, синагога и мечеть. Никогда не знал Азербайджан и ортодоксального ислама. В конце восемнадцатого и начале двадцатого века сюда переселились на постоянное жительство пре­следуемые в России за религиозные убеждения сектанты: молокане, баптисты, хлысты, адвентисты седьмого дня и другие. Живут и благоденствуют поныне. Укомплекто­вать в Баку «орду жаждущих крови» националистов или хотя бы роту не менее трудно, чем сколотить местную команду по хоккею на льду. Прискорбно, грустно, что ради того, чтобы в глазах мировой общественности мятеж в Нагорном Карабахе предстал бы чуть ли не в виде фронта, разделяющего христианский и мусульманский миры, националистические организации использовали в качестве разменной монеты религию.

В многонациональной семье Азербайджана пятьсот тысяч армян, из них двести тысяч живут в Баку. Это рабочие, журналисты, парикмахеры, секретари райко­мов, работники банка и прокуратуры, инженеры и врачи. Армяне – это часть нации Азербайджана, это друзья, сослуживцы, родственники, это бакинцы без обозначения национальности. Так было и, я надеюсь, будет всегда. Надеюсь, хотя уже дали ядовитые всходы семена, посеянные в тот недобрый час, когда было решено затеять смуту в Нагорном Карабахе. Неужели нам предстоит отныне жить по первобытным законам, настороженно присматриваясь к каждому человеку – чужак он или свой? Верно, что националистические руководители су­мели нанести Азербайджану моральный и материальный ущерб. Но только ли ему? Затихнут карабахские страсти, но надолго останутся в памяти слова и поступки. А ведь потомкам обоих народов неизбежно предстоит жить вме­сте. И никуда от этого не деться. Может быть, хватит крови? Может быть, пора остановиться? Нагорный Ка­рабах стоит там же, где и стоял веками, но во что пре­вращен этот цветущий край, где до начала мятежа жиз­ненный уровень населения был выше, чем в остальной части Азербайджана и Армении? Ведь пора задуматься над тем, во имя чего хлебнули столько горя оба народа? Бесполезно. Для националистов чужое горе не довод. Пользуясь безнаказанностью, они отвергают любое пред­ложение уладить разногласия законным путем, нагнета­ется и без того накаленная обстановка. Закусившие удила националисты продолжают применять приемы, ко­торыми за всю древнюю историю не пользовались лиде­ры ни одного народа Кавказа края, где во все времена потерю чести и доброго имени невозможно было оправ­дать самыми высокими целями.

Недавно решили поменять азербайджанское название Нагорный Карабах – Арцахская автономная область. Мол, азербайджанское название оскорбляет эстетические чувства армянского народа. Причем здесь народ? Добрая половина армян носит азербайджанские или тюркские фа­милии: Аллахвердян, Агасян, Аганбегян, Агабабян, Ба­баян, Балаян, Вердиян, Капутикян, Демирчан, Ханзадян, Алиханян и десятки других. И ничего, народ вроде не возмущается, никто не меняет ни фамилий, ни имен. Обращаясь к любимому человеку, многие добавляют азербайджанское слово джан. Пока не отменили. Великий певец Кавказа армянин Саят-Нова, творивший на азер­байджанском, армянском, грузинском языках, из 105 сво­их бессмертных газелей 75 создал на азербайджанском. Тоже не отменили. Поют. Так зачем же понадобилось ме­нять название Нагорного Карабаха? Чтобы вызвать воз­мущение, усилить эскалацию ненависти, чтобы не пре­кращали убивать, насиловать, поджигать дома. Надо постоянно подогревать, провоцировать, а то могут пре­кратиться забастовки, вдруг, чем черт не шутит, здоро­ваться начнут.

 Несчастье, просто несчастье! И ведь самое грустное,  никто из главарей националистов ничем не рискует. Не­сколько лет назад, когда еще шла подготовка к операции «Нагорный Карабах», в Баку подожгли оперный театр; театр сгорел дотла, поджигателей арестовали. Театр восстановили, точнее, построили, заново, сожгли еще раз. Театр снова сгорел дотла, арестовали и этих. Уда­лось задержать и людей, проводивших в Баку другие террористические акты. Разговариваю с парнем, подло­жившим самодельную бомбу в городской автобус. Зачем ты это сделал, ведь погибли люди, причем разных нацио­нальностей, заживо сгорела пожилая женщина-армянка? Зачем? Может быть, тебя кто-нибудь обижал? Нет, не обижал. Оказалось, что он прочитал книгу Зория Балая­на «Очаг», а там написано, что азербайджанцы – кочевники-мусульмане, турки, значит, надо их убивать. Стыд­но признаться, но мне этого парня было жалко. Прочитал произведение Зория Балаяна и я. Скверная книжонка. Эдакий учебник мизантропии для юных дебилов. Напи­сана плохо, но зато каждая строчка сочится неописуемой ненавистью, как и все его рассуждения по национальным вопросам. А каков результат? Тлеют в могилах останки погибших в метро, автобусах, заживо сгоревших при поджогах, в безымянных могилах гниют кости казненных террористов, томятся в тюрьмах и террористы рангом по­ниже, а их идейного руководителя Зория Балаяна изби­рают народным депутатом СССР. Человека, набравшего политический капитал исключительно на разжигании ненависти между двумя народами. Прекрасный стимул для лидеров ультра...

Я убежден, что если не будут приняты экстренные ме­ры, то очень скоро начавшийся в стране разрушительный процесс может оказаться необратимым.

Национальные вопросы – это жизненно важные вопросы, и они должны решаться законным путем, а не за­гоняться в тупик при помощи ножей, обрезов, самодель­ных бомб и злобных клеветнических заявлений людей без чести и совести, которые не желают или не способны представить, какими последствиями в будущем чреваты их сегодняшние «успехи».

Я уже говорил, что операция «Нагорный Карабах», проводимая ультранационалистами, добилась больших успехов.

В глазах зарубежной и всесоюзной общественности азербайджанский народ теперь нередко выглядит сбори­щем кровожадных головорезов, которых хлебом не корми, только дай возможность вспороть живот незнакомой бе­ременной женщине или же растерзать ради удовлетворения эстетических или гастрономических потребностей малолетнего ребенка. Представлен в виде племени без роду и племени, одержимым идеями иродизма, хомейнизма и каннибализма. Сокрушительная победа, не правда ли? Но нужна ли она талантливому и трудолюбивому армянскому народу, от имени которого действуют ультра­националисты? Выгодно ли это ему?

Ситуация в мире меняется беспрерывно.

Не исключается, что через некоторое время в разных районах страны и за рубежом, а у армян, и это естествен­но, кроме друзей, есть недоброжелатели, может возникнуть мысль: если армяне ради куска земли с такой легко­стью, набросившись всем международным скопом, уто­пили в канализации своих соседей, которые никогда ничего плохого им не делали, то они и нам ведь могут сделать какую-нибудь пакость, поэтому пока не поздно, надо при­нять меры. Итогом этих или похожих размышлений могут быть последствия, перед которыми события вокруг Кара­баха могут показаться гораздо менее значительными. Когда это произойдет, мне будет очень жаль. Жаль, даже из чисто эгоистических соображений – потому что (а долгий опыт показал, что это так) любые достижения или ошибки отдельно взятого кавказского народа в сознании окружающих в той или иной степени проецируются на все население Кавказа.

Достижение цели любыми средствами при всех обстоятельствах порочно... и не выгодно.

Положение в стране чрезвычайно серьезное. Но, при всей сложности, несомненно одно: если в ближайшие ме­сяцы посредством самых решительных мер правитель­ства правопорядок в Нагорном Карабахе не будет вос­становлен, то в будущем эта «местная» проблема перерастет в гражданскую войну, которая, подобно цепной реакции, может охватить всю страну со всеми вытекаю­щими из этого последствиями...

Создание Комитета по межнациональным отношениям, на учредительном собрании которого мы присутствуем, считаю своевременным и нужным. Но его деятельность может оказаться действенной лишь при непременном ус­ловии: если, кроме желания принести пользу, он будет наделен финансовыми и правовыми возможностями, что позволит его представителям в случаях необходимости незамедлительно выезжать в горячие точки страны. Если же мы будем питаться слухами и сообщениями прессы, то можно заранее считать, что его деятельность обречена на неудачу. И даже может принести вред. Когда весть о постигшей Армению трагедии достигла Баку, я стал сви­детелем прекрасного момента национального примире­ния. Люди забыли о своих горестях, взаимных претен­зиях, испарилась атмосфера недоброжелательности и подозрительности. Все мелкое, злобное отступало на невидимый задний план. В помощь пострадавшим при землетрясении срочно отправлялись одежда, строительные материалы, продукты. Комплектовались отряды ме­диков и спасателей. Еще до того, как во всех газетах был опубликован призыв, потянулись к донорским пунктам добровольцы. Вечером по программе «Время» выступил безответственный обозреватель, который заявил, что в Баку в ознаменование армянского землетрясения произ­веден фейерверк и идет народное гулянье. Это в безлюд­ном по вечерам городе, в котором действовало военное положение, где через каждые несколько кварталов стоя­ли танки и бронетранспортеры, а человека, случайно оказавшегося на улице без пропуска, задерживали до ут­ра в милиции. Можете представить, какие последствия имела в Армении и Азербайджане эта подлая провока­ционная выходка!

Поэтому, повторяю еще раз, информацию комитет должен получать из первых рук. У нас мало времени.

Правопорядок в стране в опасности. Надо действовать. Завтра будет поздно.

 

Журнал «Дружба народов»,

октябрь 1989 года

* * *